Камбаратинскую ГЭС-2 в Кыргызстане запустили в 2009 году с агрегатом на 120 МВт — но в сеть он годами выдавал лишь 90 МВт. Оставшиеся 30 МВт простаивали 15 лет, пока их не отдали частной майнинг-ферме. Теперь президент Садыр Жапаров заявляет: новые фермы не получат разрешения, пока в стране не достроят крупные ГЭС и не закроют собственные потребности в электроэнергии.
Причина — острый дефицит мощности. На Камбаратинской ГЭС-2 один из агрегатов на 120 МВт годами не мог выдать в сеть больше 90 МВт из-за устаревших линий и трансформаторов. Сейчас в республике работают только две фермы, и одна из них потребляет те самые 30 МВт — мощность, которую 15 лет не удавалось передать потребителям. Об этом Жапаров рассказал в интервью порталу super.kg.
Как майнинг-ферма забрала простаивавшие 30 МВт
Линии и трансформаторы, связывающие станцию с основной подстанцией, оказались слишком старыми и не пропускали всю выработку. В сеть уходило лишь 90 МВт, остальные 30 МВт простаивали 15 лет. Эти данные президенту передал бывший министр энергетики Таалай Ибраев — по словам Жапарова, раньше об этой проблеме никто не говорил.
Власти пытались решить вопрос иначе — построить рядом завод, но инвесторы не захотели заходить на удаленную площадку в горах. Тогда по просьбе властей часть простаивающей мощности отдали частной майнинг-ферме. Теперь она потребляет те самые 30 МВт, которые не доходили до потребителей.
Напомним, что ранее в Госдуме предлагали стимулировать строительство ЦОД через оптовый рынок энергии — проблема дорогой электроэнергии актуальна и для майнинга.
Почему новые фермы не получат разрешения
Кыргызстан балансирует на грани энергодефицита: собственных мощностей не хватает, а строительство крупных ГЭС еще не завершено. В таких условиях выдавать разрешения на новые майнинг-фермы власти не готовы. Жапаров обозначил условие для снятия запрета:
Пока не достроим крупные ГЭС и не закроем собственные потребности в электроэнергии, разрешения на новые майнинг-фермы выдаваться не будут.
Фактически это означает, что майнинг в Кыргызстане остается нишевым: две действующие фермы, одна из которых использует ранее простаивавшую мощность, и никаких новых игроков до завершения энергетических проектов.
Для майнеров, рассматривающих Кыргызстан как площадку с дешевой электроэнергией, ситуация меняется: страна закрывает вход новым фермам на неопределенный срок.
Решение властей — не запрет майнинга как такового, а пауза в выдаче разрешений. Действующие фермы продолжают работу, но расширяться им, судя по заявлению президента, тоже не дадут.
Казахстанский опыт и монетизация неработающего актива
Кыргызстан не первый в регионе, кто увязывает майнинг с энергобалансом. В соседнем Казахстане после энергетического кризиса 2021–2022 годов также ужесточили правила для майнеров, обязав их регистрироваться и платить повышенные тарифы. Для стран Центральной Азии с изношенной энергоинфраструктурой майнинг становится разменной монетой: его допускают только там, где есть свободная мощность.
Показательно, что в Кыргызстане майнинг использовали как способ загрузить простаивающие 30 МВт, которые годами не могли дойти до потребителей. Это не столько поддержка индустрии, сколько попытка монетизировать неработающий актив, пока не модернизируют сети.
Перспектива зависит от сроков завершения строительства крупных ГЭС. Пока они не названы, любое смягчение политики в отношении новых майнинг-ферм остается открытым вопросом.